Песнь 30

1-2. "Явление, изображаемое Данте в нижеследующем прекрасном сравнении, имеет место пред солнечным восходом, на рассвете. По Бруно Латини, Tesor. II, с. 49, периферия земли равняется 20,427 милям. В таком случае, расстояние от того места, где полдень, до места восхождения солнца, составляет 5,106 миль. Но так как место, где в это время только начинает рассветать, лежит еще несколько западнее, то приблизительное определение этого расстояния в 6,000 миль будет вполне соответствовать астрономическим представлениям того времени. Нельзя согласиться с мнением Бенвенуто да Имола, предполагающим, что Данте принимает здесь периферию земли равной 24,000 миль. Такое предположение не соответствует намерению автора, желавшого изобразить время, предшествующее восходу солнца, и кроме того противоречит мнению его учителя". Филалет.

2-3. "На дол склоняет", т. е. тень падает почти в горизонтальном направлении относительно.места, где наблюдается рассвет. Таким образом и это место подтверждает сказанное выше.

4. "Глубокой", в подлиннике: profonde. Виргилия Georg. IV, 222.

7. В подлиннике: E corne vieil la chiarissima ancella -- и как светлая прислужница солнца (утренняя заря) идет дальше.

8-9. "Ярче всех" -- утренняя звезда.

10-12. "Триумф" -- девяти ангельских хоров. В подлиннике: che lüde senipre dintorno al punto che mi vinse -- который играет (ликует) постоянно вокруг точки (т. е. Бога), меня покорившей. Сл. XXVIII, 15.

12. Премудр. Солом. I, 7: "Дух Господа наполняет вселенную и, как всеобъемлющий, знает всякое слово". Сл. Convivio IV, 9; Рая XIV, 30; Чистил. XI, 1. "Бог объемлет и править целым миром, но все же здесь кажется, что небесные духи, в своем вращательном ликовании, окружают таинственную точку. Бог одновременно является как бы центром и периферией вселенной". Филалет.

13-15. Подобно тому, как меркнут перед солнечным восходом звезды, стали исчезать пред поэтом и бесчисленные светящияся точки. Удаление ангелов и любовь к Беатриче побуждают поэта обратить взор на нее.

21. В подлиннике: Che solo il suo Fattor tutta la goda -- что только её Творец вполне ею восхищается.

22. "Число" -- переводчик подражал Державину ("Фелица"): Пророком ты того не числишь, Кто только рифмы может плесть.

26-27. "Мысль", в подлиннике: воспоминание, которое умаляет мой разум. Сл. Рая I, 9; XXIII, 44 и след.

28-30. Подстрочный перевод: "С того дня, как я увидел её лик в этой жизни, до этого взгляда мое пение ни разу не было прервано".

33. В подлиннике: come all' ultimo suo ciascuno artista -- как каждый художник от своего последнего. "Под последним художника следует понимать его недостижимый идеал. Эта последняя степень возрастающого преображения Беатриче обозначает поднятие в эмпирей. Данте всеми способами старается превзойти прежния свои выражения о красоте божественной Беатриче. Еще раньше много раз Данте объявлял себя неспособным изобразить красоту Беатриче (Рая XIV, 80--81; XVIII, 8--12; XXIII, 22--24). Тем не менее он каждый раз вслед за этим вновь изображает ее здесь же он и на будущее время совершенно оставляет это намерение. Никакой художник, говорит он, никогда не может достигнуть своего идеала, так же точно и он сам относительно изображения Беатриче на высшей степени её совершенства". Филалет.

34-36. Подстрочный перевод: "став таковою, что я должен предоставить ее более могучему голосу, нежели звук моей трубы, которая спешит довести до конца свое трудное дело".

37. Подстрочный перевод: С жестами и голосом усердного путеводителя, она начала".

38. -- 39.-- Сферы", в подлиннике: согро -- тела, т. е. из primum mobile, самого большого небесного круга, составляющого границу вещественных предметов. "К верховью святых небес, где чистый свет живой", в подлиннике: al ciel, ch'è pura luce, т. e. в эмпирей -- нематериальное небо. Посл. I к Тимоф. VI, 16: "Единый имеющий бессмертие, обитающий в неприступном свете, которого никто из человеков не виден и видеть не может. Ему честь и держава вечная". "Если эмпирей находится вне пространства, то, очевидно, он не может быть вещественным, и наибольшим между вещественными телами и будет таким образом primum mobile". Филалет. Сличи Рая XXVIII, 64--69.

41. В подлиннике: "вечному Благу".-- "Утех", в подлиннике: небесного блаженства -- радости.

42. В подлиннике: Letizia che trascende ogni dolzore -- радости, превышающей всякую сладость, блаженство.

43-44. В подлиннике: Типа e Paîtra `milizia Di Paradiso -- добрые ангелы и праведные люди. Первые воинствуют против злых ангелов, а вторые -- против греха. Скартаццини. "В их одежде", в подлиннике: in quegli aspetti -- в том виде.

45. В подлиннике: all' ultima giustizia -- при последнем суде. Ангелы вовсе не подлежать суду и не изменят своего вида. Праведные духи, наоборот, представляются в эмпирее уже в их преображенных телах, хотя они вновь получат их только при страшном суде. На это и указывают слова подлинника: e l'uria in quegli aspetti (и одну из небесных милиций, т. е. праведников). Ст. 46--81. Видение реки Божественного света,

49-51. Деян. апост. XXII, 6: "Когда я приближался к Дамаску, около полудня вдруг осиял меня великий свет с неба". Там же 11: "А как я от славы света того лишился зрения, бывшие со мною за руку провели меня в Дамаск".-- "Ограниченный дух, даже дух интеллигенций, сам по себе все же неспособен познавать Бога в Его сущности; он нуждается для этого в особом божественном просветлении, которое и подразумевается здесь, как свет славы Божией, сообщаемый всякому вновь вступающему в сие божественное место". Витте.

52-54. В подлиннике: Sempre l'Amor, che quêta questo cielo, Accoglie in sè con si fatta salute, Per far disposto а sua fiamma in candelo -- всегда любовь, которая умиротворяет это небо, принимает в себя с таким приветом, чтобы приготовить свечу (т. е. душу человека) для своего огня.

55-60. "Данте приближается к своей высшей цели, созерцанию Бога в Его существе. Для лучшого понимания последующого глубокомысленного изложения и тех удивительных картин, которые он рисует, необходимо уяснить себе, как думали об этом предмете теологи времен Данте. Что блаженные духи (люди и ангелы) познают Бога в Его существе, или созерцают Его духовно, такое заключение делает Фома Аквин., во-первых, из прирожденного людям стремления к этому познаванию, которое не может остаться неудовлетворенным, во-вторых, из Св. Писания. Труднее было доказать, каким образом возможно подобное познавание. Не вдаваясь в тонкости схоластической гносеологии, можно указать, что рационального познания Божества не существует, так как ограниченный ум человека не в силах охватить бесконечного божественного существа. Тоже относится и к блаженным духам. Они могут познавать Бога в Его сущности лишь тогда, когда Бог им сообщает сверхъестественную (хотя бы и сотворенную) способность, которая их подъемлет над их собственным существом, и эта прибавленная способность, в отличие от настоящого света интеллекта, называется светом славы (lumen gloria). Под светом, осиявшим Данте при вступлении в эмпирей, и подразумевается lumen gloriae, которое делает преображаемых духов способными к созерцанию Бога, или, как говорит Беатриче (ст. 54), приуготовляет свечу (интеллект) к восприятию огня, долженствующого возжечься на ней непосредственному воздействию божественного существа), при чем обыкновенный свет при сиянии божественного созерцания как бы исчезает. Это unio beatificans совершается затем постепенно в остальной части поэмы".

61-63. Идея реки света почерпнута из Библии Дан. VII, 10: "Огненная река выходила и проходила пред Ним". Но поток света у Даниила, по мнению толкователей того времени, долженствующий истребить грешников в Божественной Комедии преобразился в реку света, делающую глаза способными к созерцанию Божества. Затем река света напоминает некоторые псалмы: XLV, 5; XXXV, 9, 10 и Откров. Иоанна XXII, 1: "И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца".

64-65. "Искры потока света, как видно из следующей песни (ст. 1--18) означает ангелов; цветы -- праведные души, которым ангелы сообщают блаженство". Копиш.

66. Виргилия Энеида X, 134: "Словно камень цветной, что в золото желтое вделан"; I, 592, 593: Как украшает рука слоновую кость или желтым Золотом обведено серебро или мрамор паросский. Перев. А. Фета.

67. В подлиннике: Come inebriate -- как опьяненные. Псал. XXXV, 9: "Насыщаются от тука дома Твоего, и из потока сладостей Твоих Ты наполешь их".

68. В подлиннике: Riprofondavan sè nel miro gurge -- вновь погружали в чудесную пропасть.

69. В подлиннике: E s'una entrava, un' altra n'uscia fuori -- и когда одна (искра) погружалась туда, другая оттуда вылетала.

70-71. Подстрочный перевод: "Высокое желание, воспламеняющее тебя теперь и помогающее тебе понимать, что ты видишь, тем более восхищает меня, чем более оно тебя возвышает". Беатриче опять видит желание Данте раньше, нежели он его высказывает.

73-74. Подстрочный перевод: "Но прежде ты должен испить этой воды для того, чтобы столь великая жажда была в тебе утолена". Сличи Чистил. XXI, 1, примеч.

78. В подлиннике: Son di lor vero ombriferi prefazii -- суть слабые тени (или образы) действительности.

79-81. Подстрочный перевод: "Не потому, чтобы эти вещи сами по себе были трудно понимаемы, но недостаток заключается в тебе, потому что твое знание не может до них возвыситься".-- "Раньше нежели Данте вкушает начало unio beatificans, царство небесное, как говорит Беатриче (ст. 78), представляется ему как бы тенью действительности. Разница между этим предварительным изображением и действительным, как оно представлено в конце этой песни и в следующей, заключается в том, что свет, который (как сказано в ст. 100) делает Создателя видимым творению, здесь является в виде реки, а там -- в виде светлого лучистого круга; праведные души представляются здесь цветами, ангелы же, то несущиеся за праведными душами, то поднимающиеся к Богу и погружающиеся в Него, -- живыми искрами, как бы светляками. Очевидно, в душе Данте должно вследствие этого сложиться предчувствие царствия Божия, каким человек, будучи еще на земле, чувствует его в часы высшого созерцания. То, что Божественный свет является здесь в виде потока, как мне кажется, имеет еще то значение, что душа, на той ступени, когда она еще ни в каком отношении не причастна блаженному соединению, может созерцать Бога все еще лишь в его делах, следовательно, в известной степени, во времени, символом которого и служив текущий поток; она не может еще созерцать Бога в Его сущности, в его вечности и бесконечности, что, как известно, символически представляется в виде круга. К началу unio beatificans Данте приходит, погрузив веки в этот поток, при чем его интеллект соприкасается со светом, который и делает для него видимым Создателя". Филалет.

82-83. I Петра II, 2: "Как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко, дабы от него возрасти вам во спасение".

85. В подлиннике: per far migliori spegli -- чтобы сделать лучшими зеркалами.

87. В подлиннике: perché vi s'immegli -- чтобы в нем делаться лучше, совершенствоваться.

90. "Автор очень остроумно при этом пользуется обстоятельством, согласным с действительностью, а именно: если бы кому-либо случилось видеть относительно небольшую часть неизмеримо великого круга (как Данте до погружения век в источник), то эта небольшая часть круга представилась бы ему прямой линией". Ноттер.

91. Сличи Чистил. XV, 127.

94-90. "В больший пир", в подлиннике: in meggior' feste -- в больший праздник. Цветы превратились в души праведников, а искры в ангельские хоры. "Поэт, не видевший, начиная от планеты Венеры, очертаний духов, но лишь свети, вновь видит теперь настоящие образы". Ноттер.

99. "Что я зрел", в подлиннике: com' ио lo vidi, собственно, как я его зрел. Поэт так потрясен сообщенным ему чудесным зрением,-- конечной целью всей поэмы, что троекратным повторением слова, он указывает на то, что он узрел, чрез что он узрел и что именно он узрел!!...

100-101. "Для тех", в подлиннике: а quella creatura -- для тех созданий.

103. В подлиннике нет слова "река"; речь идет о необъятности света, упоминаемого в ст. 100.

106-108. Подстрочный перевод: "Вся его parvenza (т. е. вид круга) образуется из луча, образуемого первым двигателем, который получает через это жизнь и силу". Сличи Рая XXIII, 113; XXVII, 110. Фома Акв. Sumina Theol. p. I, 66,3 -- "Что же это за свет? Есть ли это существо самого Бога? В таком случае Данте должен был бы достигнуть полного вкушения visio beatifcans, которое имеет место лишь в последней песни, ст. 55 и след. Он напоминает тот fulgur и radius, посредством которых, по мнению некоторых, Бог дал Себя зреть по существу Своему, праведным. Еще более он напоминает forma, которая, по Альбрехту Великому, есть орудие, посредством которого сила небесная, находящаяся в неподвижном эмпирее, действует на нисшия вещи. Со своей стороны я склонен принять, что под этим светом разумеется божественное λόγος, второе лицо Троицы, так как он обозначен почти словами посл. к Евр. I, 3: "Сей (Сын Божий), будучи сияние славы и образ Ипостаси Его и держа все словом силы Своей...". Это отвечает также сказанному в ст. 107--108, так как именно чрез Слово все сотворено, и может быть его же имел в виду Альбрехт Великий в forma. В таком случае, при его посредстве сообщалось как людям на земле, так и праведникам на небе, первое непосредственное откровение Божие, и просветление оным действительно было бы началом unio beatificans. Оно же, в свою очередь, повышается и доходит под конец до созерцания тех тайн (троичности и воплощения), о которых на земле мы получаем, чрез откровение Христа, только как бы предчувствие. Но высшая ступень достигается только в последней песни?.. Филалет.

113-114. Подстрочный перевод: "Я видел отражающимися, более нежели на тысяче ступенях, всех из нас, сколько вверх имело возврат", т. е. душ праведников, которых Данте раньше видел в образе цветов. О святом граде или небесном Иерусалиме см. Откр. Иоанна XXI, 18: Стена его построена из ясписа, а город был чистое золото, подобен чистому стеклу".-- Душа, вышедшая из рук Божиих (Чистил. XVI, 85) и вознесшаяся в небо, возвращается к Богу.

115-117. Если окружность блеска Господня, а следовательно и ближайшей ступени, на которой стоит Данте, занятой праведными душами, больше окружности солнца, то каковы же должны быть размеры тысячных внешних, крайних ступеней!-- "Ступени и составляют лепестки розы. Идея небесной розы не нова, но никогда она не была так смело и прекрасно изображена, как у Данте". Флейдерер.

119-120. Подстрочный перевод: "Но совершенно воспринимал (мой взор) сколько (il quanto) и как (il quale) этого блаженства. Стих переводчика объясняет значение этого "сколько" и "как" в подлиннике.

121-123. "Вещи, созданные Богом или которые Бог мог создать, праведные познают более или менее в Боге, или, выражаясь точнее, "в Слове", в мере сообщенного им света славы. Все, что Бог творить, или может сотворить, знает Он один. Но что праведные познают, они познают не постепенно, а сразу, ибо они познают это в их единственной причине, т. е. в Боге. Отсюда, в этом познавании никакое время не составляет разницы, а равно и пространство. Естественный закон, по которому ближайшее бывает видно отчетливее более отдаленного,-- сюда неприменим. Последнее, т. е. то, что расстояние не имеет никакого влияния на познание или непознание, Фома Акв. предполагаеть во всех animae sensitives, даже принадлежащих осужденным грешникам". Филалет.

125-126. "Льет перед престол Светилу жизни аромат хваленья", в подлиннике: redole Odor di lode al sol che sempre verna -- к солнцу, которое производит вечную весну, т. е. к Богу, который вечно проявляет полную свою деятельность, как солнце весной.

129. В подлиннике: Quanto è il con ven to delle bianche stole!-- как велико собрание билых одежд. Слово "столы" вместо "одежды" уже неоднократно употреблено переводчиком. Ср. Откр. Иоанна VII, 13, 14: "Сии облеченные в белые одежды кто?... Они омыли одежды свои и убелили одежды свои кровию Агнца"; там же III, 5: "Побеждающий облечется в белые одежды; VI, 11: "И даны были каждому из них белые одежды"; VII, 9: "Множество людей... стояло пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах".

132. Подстрочный перевод: "Что мало людей теперь здесь желается (ожидается)".-- "Данте, повидимому, ожидает скорого конца мира, так как заставляет Беатриче сказать, что места, уготованные праведным, почти все заняты, т. е. число избранных почти полно". Филалет. Впрочем, в других местах поэмы он говорит о том, что память о нем самом продлится на земле столетия, и Фолько Марсельскому, праведная, следовательно всеведущая Куница, возвещает пятисотлетнюю славу на земле. Рая IX, 40. Ср. Матф. XXIV, 36: "О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один". Фома Аквин. Summa Theol. p. I, 23, 7.

133-144. "Это последний памятник, поставленный поэтом благородному императору, и последняя хула, направленная к Клименту V, бывшему папою при Генрихе VII. Ада XIX, 82'". Филалет.-- "Наконец, это последнее краткое повторение, перед лицом Бога, политической программы поэта". Флейдерер.

135. Сличи Откр. Иоанна XIX, 9: "Блаженны званные на брачную вечерю Агнца".

136. В подлиннике: Sederà l'aima, che fia giù augosta -- воссядет душа, которая внизу (на земле) будет величественна (будет облечена императорским достоинством), "vaticinium post eventum": Генрих VII, о котором идет речь, умер в Буонконвенто 24-го августа 1313 г.; императором он был избран 27-го ноября 1308 г., а видение Данте относится к 1300 г.

139. "Слепая алчность". Сличи Ада XII, 49; Рая XXVII, 121 и след.

142. В подлиннике: E fia prefetto nol fôro divino -- и станет председателем божественного суда.

145-146. Климент V занимал папский престол с 1305--1314 г. и умер 12-го марта 1314 г., т. е. через несколько месяцев после Генриха VII.

148. Из "Ананьи" происходил Бонифаций VIII. Ада XIX, 52--57, 76--87. О наказании, ожидавшем Климента V в восьмом круге ада, в третьей яме -- симонистов, см. Ада XIX, 66--87, примеч.-- "Такая страшная угроза папе Клименту V -- последнее слово Беатриче в Божественной Комедии". Бути.